От автора: это документальное стихотворение основано на рассказе украинки Анны Коваль о том, как летом 2025 года «шахед» попал в дом её бабушки.
**Дрон**
(со слов Анны Коваль)
Всё было о’кей, пока в августе к бабушке не прилетел дрон. За полтора или два метра от угла, где бабушка сидела.
Начался очень сильный обстрел, было три часа ночи, и она обычно уже на такое не особо реагирует. Ну, типа реагирует, — У-У-У! Знову почалося! но куда может пойти старый человек, когда обстрел, и когда в селе ближайшее бомбоубежище, единственное, — в детском доме, до которого сотни метров.
Она поняла, что обстрелы, типа, действительно сильные, и подумала, что надо пойти открыть двери, чтоб не выбило. У неё там частично стеклянные двери. Но, говорит, не успела.
Она сидела в углу между стенами, у неё там диван есть, и окон нет. И в этот момент у этого угла прилетел «шахед» в землю, как раз вот со стороны, где она сидела.
В ту ночь, когда прилетел «шахед», я приехала в Польшу. Я просыпаюсь, и мне говорят, что у нас такая неприятность случилась. Говорят: «Ну, главное, что никто не пострадал».
Это самое главное.
Дому пизда, бабушкиному. Ну, там трещины пошли по всему фасаду, потол ок обрушился частично.
Стёкла не выбило вообще. Типа, реально ни одного стекла не выбило, при том, что выбило двери, которые бабушка хотела открывать, и они бы в неё выбились, если бы она встала немного раньше.
И, ну, приехал сразу стандартик, как они называют: скорая пожарки полиция спасатели
Дядя со спасателями и с тётей быстро там откопали бабушку, потому что она сидела в уголке и до неё нужно было добраться.
Типа её вообще, ну, не привалило, ничего не попало, к счастью, но она сидела, окружённая развалинами. Ну, и её спасатели посадили на инвалидную коляску, чтобы вывезти, она ещё там начала на стрессе возмущаться, что она — не инвалид, она сама пойдёт.
Ну, там, блядь, как бы, развалины, пиздец. И бабушка такая: «Я — не инвалид». Ну, короче, перевезли её. Дядя приехал на скорой, показал, куда везти.
К нам в дом.
Это буквально три минуты на машине оттуда, поэтому привезли бабушку туда, и дядя с тётей раз бир али вот эти все зав алы Смотрели, оценивали ущерб. Потом приехали ещё те, кто, ну, типа, выплаты дают за вот эти вот ситуации.
Им написали в заключении, что дом не подлежит восстановлению. Ну, им выплатили, короче, триста тысяч. Конечно, это — хуйня на самом деле для того, что там случилось, но намного лучше, чем ничего.
А у бабушки главная проблема, что убежала куда-то её кошка.
Поймали её всё-таки.